В преддверии Парада Победы на Красной площади председатель Совета ветеранов Александр Пятаков навестил участников Великой Отечественной войны Алексея Васильевича Ларионова и Семена Кононовича Кащенко и передал им от организации сладкие наборы к чаю.
Александр Пятаков навестил ветерана Великой Отечественной войны Семена Кащенко.
У Семена Кононовича, друга детства отца председателя Совета ветеранов, Александр Александрович задержался подольше, рассказал старому ветерану, как молодежь чтит память героев, об участии воинов-интернационалистов в традиционной акции «Свеча памяти» на мемориальном комплексе «Жертвам фашизма». Участники Афганской и Чеченской войн Александр Пятаков, Николай Кравцов и Игорь Овсянников 22 июня в 4 часа утра зажгли у подножья памятника скорбящему шахтеру свечу памяти. К акции на мемориальном комплексе присоединилась еще молодая пара.
Расстрел у шурфа
Разговорившись с гостем, Семен Кононович вспомнил былое – самые страшные годы оккупации в Шахтах, как они 16-летними подростками с друзьями Сашей, Жорой и Павлом, услышав выстрелы, доносившиеся с ш. Красина, забрались на террикон, чтобы воочию узнать о происходящем.
Сверху было видно все как на ладони. Внизу стояли две полуторки в основном с гражданскими людьми в окружении вооруженных немцев.
– Не успели мы замаскироваться на терриконе, как конвоиры вдруг заметили нас, стали что-то кричать, грозясь нас перестрелять. От ужаса задрожали ноги. Спускаясь второпях обратно, мы увидели жуткую картину. Из кузова машины выпрыгнул мужчина в белой рубашке с ребенком на руках и стал что-то объяснять конвоирам. Но тут раздалась автоматная очередь и человек упал, как подкошенный, вместе с ребенком. Их сбросили в шурф. Такой меня страх охватил в те минуты, что мертвецкий озноб побежал по коже. Меня трясло, как лихорадочного. Драпали не оглядываясь. Казалось, что за нами кто-то гонится. Тогда мы еле ноги унесли, – прослезившись, вспоминал ветеран.
Облавы
В годы оккупации немцы в городе часто устраивали облавы и угоняли молодежь в Германию. В одну из таких облав попал и Семен. Отправка на чужбину была назначена на 3 декабря 1942 года, но юноша не явился и остался дома. День спустя родители Семена узнали неприятную весть: все, кто
не пришел на отправку, подлежали расстрелу. Пришлось под присмотром деда пробираться темными ночами тайком к родственникам в село Кутейниково Чертковского района. Часть пути шли пешком, если удавалось, добирались товарняком. Шахты, Лихая…
В Лихой беглецы нарвались на немецкий патруль. Таких, как они, было человек 20. Их заперли в вагон и привезли в Каменск. Задержанных держали дня три в подвале без еды. На третий день дали им по ложке творога и по кусочку хлеба. Благодаря пропуску, купленному дедом у полицая за две курицы, их отпустили. Когда добрались в село, Семен видел, как фрицы, замотанные в теплые вещи, отступали. Из соседнего населенного пункта слышалась стрельба. Потом появились наши танки. Целых девять танков, один из которых, к сожалению, немцы подбили из противотанкового орудия.
– Навсегда врезалось в память 31 марта 1943 года, когда я возвращался из села Кутейниково обратно в Шахты. Под Каменском неожиданно налетели немецкие самолеты – целая туча бомбардировщиков. Они направлялись со стороны пос. Глубокого. Как раз на железнодорожной станции скучилось много эшелонов с военной техникой, живой силой. Снаряды рвутся, бомбы летят, пулеметные очереди сверху свистят. Пос. Глубокий – на одной стороне Донца, Каменск – на другой. Сущий ад! Машина с мукой, в которой я ехал, сошла в кювет. Вижу, бомба летит прямо на меня. Ну, думаю, мне крышка. От взрыва снаряда меня засыпало землей. Я перепугался так, что потерял сознание. Чуть не умер. Очнулся – понял, что меня контузило, – рассказывал ветеран.
Но машина уцелела, и наш герой благополучно добрался домой в Шахты.
А 9 мая 1943 года Семена Кащенко призвали в армию. Помнит ветеран, что уходил он на войну вместе с другими призывниками не от горвоенкомата, а с территории горбольницы, которая утопала в сиреневом цвету.
В учебке и на корабле
Впереди у новобранцев была длинная дорога – сначала пешим ходом до Белой Калитвы, затем призывников распределили по товарным вагонам и отправили в Ворошиловские лагеря (пос. Прудбой Волгоградской области), где в тот момент формировался специальный батальон минометчиков. Семен Кононович до сих пор наизусть помнит устройство миномета, напевая про это частушку:
Эх, лафет-двунога,
казенник со стволом,
Вертлюг-амортизатор
с опорною плитой…
Будущих минометчиков обучили стрелять за неделю и отправили после прохождения медкомиссии на Дальний Восток – на войну с Японией.
Корабль «Сиваш» в годы Великой Отечественной войны.
– После прохождения обучения в учебном отряде в микрорайоне Красная Речка Хабаровска меня направили в Николаевск-на-
Амуре на корабль «Сиваш». Так началась моя служба во флоте. Там мы тоже обучались. К тому моменту мне уже присвоили звание старшины. На корабле я был дизелистом. Признаюсь честно, за всю войну не видел ни одного японца. Моя военная задача была – командовать дизелем: тихим, задним ходом, вперед и тому подобное.
День Победы я встретил там же, на корабле «Сиваш» в Николаевске-на-Амуре.
Нам объявили, что война закончилась. Что тут началось! Вся морская братия выскочила из кубриков на палубу, целуются, обнимаются – радость же какая!!! Это был самый счастливый день в моей жизни.
Загрузка ...